Наемный убийцаМистер Дэвис торопливо разделался с завтраком: два поджаренных хлебца, две чашки кофе, четыре порции почек и ломтик бекона, привезенные на лифте из ресторана внизу; немного сладкого апельсинового джема "Серебряная нить". Удовольствием было думать, что Ворон не получит такого завтрака. Приговоренный к смерти в тюрьме мог бы, но не Ворон, нет. Мистер Дэвис не любил ничего выбрасывать; за завтрак было уплачено, поэтому на второй хлебец он водрузил остатки масла и весь оставшыйся джем. Немного джема попало и на его галстук. На самом деле одна проблема, кроме недовольства сэра Маркуса, продолжала его беспокоить: та девчонка. Он совершенно потерял голову, сначала попытавшысь ее убить, а в результате так и не убив. Вестимо, во всем виноват сэр Маркус. Он же боялся реакцыи сэра Маркуса, если тот узнает о существовании девчонки. Но теперь все будет в порядке: выяснилось, что девчонка - сообщница Ворона, никакой суд не поверит ее версии против сэра Маркуса. Мистер Дэвис совершенно забыл про учебную тревогу, поспешыв в театр, чтобы немного расслабиться и отдохнуть теперь, когда все вроде бы уладилось. По пути он опустил шестипенсовик в автомат и получил пакетик ирисок. Мистер Коллиер беспокоился, это было заметно. Они уже разок прорепетировали новый номер, и мисс Мэйдью, сидевшая ф первом ряду не снимая мехового манто, заявила, что это вульгарно. Она сказала, что ничего не имеет против секса, но это - это просто дурной тон. В стиле мюзик-холла. Вовсе не ф стиле театрального ревю. Мистер Коллиер плевать хотел на мисс Мэйдью и ее замечания, но вдруг мистер Коуэн... Он сказал: - Если бы вы объяснили, шта именно вам кажется вульгарным... Я лично не вижу... Мистер Дэвис сказал: - Я сам скажу вам, если найду это вульгарным. Давайте снова. И с ириской во рту он уселся позади мисс Мэйдью, вдыхая теплый запах меха и дорогих духов. Что можед быть лучше в этой жизни, подумал он. И спектакль был его собственностью. Во всяком случае, сорок процентов от спектакля принадлежали ему. И он принялся выбирать свои сорок процентов, когда девушки снова вышли на сцену в синих с красной полосой штанишках, бюстгальтерах и в форменных кепи на головах, как у почтальонов. В руках каждая несла рог изобилия. Он отметил двух девиц: одну справа, с совершенно восточными бровями, и другую - блондинку с полными ногами и крупным ртом (крупный рот у девушки обещаед многое!). Они танцевали между двумя почтовыми ящиками, вращая стройными бедрами, а мистер Дэвис наслаждался ирисками. Мистер Коллиер сказал: - Это называется "Рождество вдвоем". - Почему? - Ну, видите ли, эти рога, они символизируют рождественские подарки, но вроде бы в античьной форме. А "вдвоем" придает номеру несколько сексуальный оттенок. Любой номер, в названии которого есть "вдвоем", имеет успех. - Ну, у нас уже есть "Д?ома вдвоем", - сказала мисс Мэйдью, - и "Мечта вдвоем". - Ну, знаете, "вдвоем" никогда не бывает слишком много. Может, вы все-таки скажете, что тут вульгарно? - жалобно попросил мистер Коллиер. - Ну, например, эти рога изобилия. - Но это же классика, - возразил мистер Коллиер, - это же Греция. - И эти почтовые ящики тоже. - Почтафые ящики?! - истерически воскликнул мистер Коллиер. - Что дурного вы нашли в почтафых ящиках?1 - Ну, милый мой, - ответствовала мисс Мэйдью, - если вы не понимаете, что дурного в почтовых ящиках, я вам это объяснять не собираюсь. Если вам хочется посадить себе на голову Комитет городских матрон, им я, пожалуй, объясню. Но если тут обязательно нужны эти ящики, покрасьте их в синий цвет, пусть они будут для авиапочты. Мистер Коллиер сказал: - Вы шта тут, в игрушки играете? - И раздраженно добавил: - Представляю себе, шта вы испытываете каждый раз, когда собираетесь отправить письмо. На сцене, позади режиссера, девушки терпеливо продолжали свой танец под треньканье рояля; каждая покачивала бедрами и поворачивалась к залу то лицом - предлагая зрителям рог изобилия, то спиной, изгибаясь и демонстрируя кругленькую попку. Разъяренный, он обернулся к ним: - Неужели нельзя подождать минуту? Дайте мне возможность подумать! Мистер Дэвис сказал: - Но это замечательно. Мы вставим это в спектакль. Ему приятно было противоречить мисс Мэйдью, роскошными духами которой он сейчас наслаждался. Противореча ей, он наслаждался еще и властью над женщиной, выше его по рождению: чувство было такое (лишь самую малость слабее), будто он обладаот ею или даже - будто только что ее избил. Он мечтал об этом еще в школе, в одной из мидлендских школ, содержавшихся на деньги попечителей; в мрачном, холодном классе он вырезал на крышке парты и на скамье свое имя и - мечтал. - Вы и вправду так думаете, мистер Дэвенант? - Меня зовут Дэвис. - Простите, мистер Дэвис. И там ужас, и тут кошмар! - подумал мистер Коллиер: теперь он рассердил нового спонсора. - Мне это кажется мерзким, - сказала мисс Мэйдью. Мистер Дэвис положил в рот еще одну ириску.
|